“Я согласна год так болеть, но лишь бы не она, ни одного дня”

Мать ребенка, пережившего корь из Казахстана делится своим опытом

ЮНИСЕФ Казахстан
Varya
UNICEF Kazakhstan/Anastasia Naumova
30 Ноябрь 2021

Старшую дочь Анастасии Наумовой зовут Варя, сейчас ей девять лет. Когда девочке было три, её, худенькую и молчаливую, забрали из детского дома.

Наумовы давно мечтали о детях, а тут эта девчушка, как им тогда показалось, удивительно похожая на супруга Насти Алексея. Их ничего не остановило: ни трудности, ни болезненность Варюши, ни её диагноз, о котором им сообщили «на берегу» — ВИЧ.

Varya
UNICEF Kazakhstan/Anastasia Naumova
Варя на праздновании Нового Года

Анастасия и Алексей решили, что не будут скрывать, что у их дочки — ВИЧ. Чем жить с оглядкой (лишь бы никто не знал), лучше уж сразу раскрыть все карты. И они всегда это подчеркивают: ещё ни разу не пожалели о своем решении.

В ноябре 2018 года Варя переболела скарлатиной. Семья тогда только переехала из Алматы в Атырау. Анастасия показывала свою дочь двум педиатрам, но они ничего не заподозрили. Позже инфекционист семьи в СПИД-центре посмотрела и сказала: «Ребята, у вас скарлатина».

“Мне казалось, это забытая болезнь, что это просто невозможно. Варя выздоровела. Вроде бы, восстановилась. Но тогда страх у меня уже появился. Как оказалось, не зря”, - говорит Анастасия.

Ранее Наумовых предупредили, что живые вакцины ребенку с ВИЧ противопоказаны.

“Я боялась, что Варя заразится”, - рассказывает Анастасия. “Я любой инфекции боюсь, даже банального ОРВИ. Не знаю, как с её диагнозом вирус сработает, как отразится на организме. И, слава богу, долгое время к ней ничего не цеплялось. Но, как оказалось, только не корь.”

У всех детей с диагнозом ВИЧ есть медотвод, который распространяется на так называемые живые вакцины — Манту, БЦЖ и прививку КПК — от кори, паротита и краснухи.

В соответствии с клиническим протоколом ВОЗ, вакцина против кори, эпидемического паротита и краснухи (КПК) и другие вакцины против кори, должны рассматриваться для пациентов с ВИЧ с бессимптомным течением или легкой иммуносупрессией в соответствии с национальным календарем прививок. Для младенцев с высоким риском контакта с вирусом кори рекомендуется дополнительная доза одноантигенной противокоревой вакцины, вводимая в возрасте 6–11 месяцев, а затем первая доза стандартной вакцины КПК или другой вакцины в возрасте 12 месяцев и старше (с минимальным интервалом между дозами в 1 месяц). Родители могут узнать больше о каждой вакцине, включенной в Национальный календарь вакцинации, на специальном веб-сайте, посвященном плановой вакцинации детей: EGU.kz

Февраль 2019 года. Варя собирается в школу, надевает колготки и спрашивает: «Мама, что у меня с ногами?». Позже выяснилось, что это был геморрагический васкулит — кровоподтеки, больше похожие на маленькие точки.

Варю сразу отвезли в больницу. Думали, что это аллергия. Три недели ребенку не ставили диагноз, так как не понимали, что это корь.

Anastasia Naumova shares her story
UNICEF Kazakhstan/Daniyar Musirov
Анастасия Наумова делится своей историей

Как оказалось, геморрагический васкулит был реакцией организма на корь. Уже шел инкубационный период. Но врачи, к которым попали Наумовы, этого не поняли.

Инфекционист Вари приехала в больницу, когда у девочки поднялась температура под 40 градусов, и поставила диагноз «корь». Варю и Настю увезли в инфекционную больницу.

Varya at the hospital with measles
UNICEF Kazakhstan/Anastasia Naumova
Варя в больнице с корью

“Последовавшие за этим 10 суток я не забуду никогда…”

говорит Анастасия.

Варя болела очень тяжело. Горела в лихорадке днем, а по ночам плакала от боли. Настя ничем не могла помочь своему ребенку.

“Я сама почти не спала эти десять дней. На стол облокочусь, задремлю, таймер срабатывает — я ставила, чтобы каждый час температуру у Вари измерять. И ничего ведь не сделаешь — лечение симптоматическое”,

говорит Анастасия.

Самое страшное — осложнения. У Вари была правосторонняя пневмония, настолько тяжелая, что она даже не могла глотать слюну. Как Настя могла давать ей таблетки? Воду? Еду?

“Я эту таблетку чуть ли не впихиваю в рот, а Варя плачет и кричит: “Мама, больно! Мама, не надо!”. Почти два года с того момента прошло, а меня до сих пор трясет. Я согласна год так болеть, но лишь бы не она, ни одного дня. Когда ты видишь, что твой ребенок так страдает просто потому, что кто-то не поставил прививку, то как к этому относиться? У меня слов нет.” - говорит Настя.

В стационаре они в общей сложности провели около 6,5 недель. Во время их пребывания больница была полная. И именно с корью — и дети, и взрослые. Много взрослых.

К счастью, Варя выкарабкалась. Истощенная, 17 или 18 килограммов, слабенькая, но живая.

Настя также обратила внимание на то, что после болезни Варя стала хуже учиться. Видимо, десятисуточная температура всё-таки отразилась на ее когнитивных способностях.

“Думаю, если бы противники вакцинации хоть раз увидели, как люди переносят корь, они бы задумались. Обидно, что рискуют дети, у которых медотвод.” - говорит Анастасия.

Семья Наумовых затем сделали прививку дочери (теми вакцинами, которые ей не противопоказаны) в обычной районной больнице.

“У ребенка ВИЧ-инфекция, неизлечимое заболевание, но даже у нее не было реакции на вакцину”, - говорит Настя.

В 2019 году в Казахстане произошла вспышка кори, было зарегистрировано 16 871 случаев, из которых 13 326 (78,9%) подтверждены лабораторно. От кори скончалось 19 детей и двое взрослых. Среди них 8 детей не были вакцинированы из-за медицинских противопоказаний. В 2020 году было зарегистрировано 3270 случаев кори, из них 2265 детей в возрасте до 14 лет. В ходе анализа, проведенного ЮНИСЕФ в Казахстане было определено, что ложный медотвод и медицинские льготы - это одна из основных причин упущенных возможностей в вакцинации против кори. Анализ проводился в рамках программы ЮНИСЕФ по предотвращению вспышки кори в Казахстане, финансируемой Агентством США по международному развитию (USAID).

«Мы искренне благодарим USAID за участие в такой важной программе для жизни детей по предотвращению вспышки кори в будущем и усилению программы иммунизации в Казахстане. Мы верим, что этот проект поможет спасти и сохранить жизнь и здоровье казахстанских детей и семей », - сказал Представитель ЮНИСЕФ в Казахстане Артур ван Дизен.

Программа предоставила техническую поддержку для анализа причин вспышки кори, изучения мнения родителей о вакцинации и информационных кампаний, а также рекомендаций по улучшению поставок вакцин и повышению потенциала медицинских работников для иммунизации. Например, ЮНИСЕФ проводит серию тренингов по устранению ложных медотводов в сотрудничестве с Ассоциацией семейных врачей Казахстана в Актобе, Атырау, Восточно-Казахстанской, Кызылординской, Туркестанской, Карагандинской областях, а также в Алматы и Шымкенте.